Альбукерке

Смерть Джейн выжигает Джесси изнутри дотла. Официально — несчастный случай, Сол Гудман мастерски подчистил хвосты перед полицией. Но Пинкман-то знает правду, пусть и не всю. Чувство вины, ядовитое и всепоглощающее, затягивает его на самое дно. Он срывается в запой, скатывается до наркопритона, превращается в одного из тех призраков, которых ещё недавно сам презирал. Уолтер находит его в этом аду — грязного, потерянного, почти невменяемого. Никаких уговоров, только сила. Он выволакивает напарника из притона и запирает в закрытой реабилитационной клинике. Жест, похожий на заботу, от человека, который мог спасти Джейн одним движением руки.

Финансовый план Сола тем временем работает как швейцарские часы. Сайт Уолтера-младшего, созданный для сбора пожертвований на лечение отца, исправно превращает грязные деньги в стерильные благотворительные переводы. Нелегальные миллионы капают на счёт семьи под видом пожертвований неравнодушных граждан. Хэнк продолжает охоту на Хайзенберга. УБН уже арестовало какого-то подозреваемого, но Шрейдер нутром чует: не тот. Человек, создающий синий мет чистейшей пробы, не может быть мелкой сошкой. Интуиция агента кричит громче фактов.

Уолт ложится на операционный стол. Опухоль удаляют, врачи довольны, прогнозы обнадеживающие. Тело исцелено, смерть отступила. Казалось бы, вот он — миг триумфа. Но именно в этот момент рушится всё остальное. Скайлер узнаёт правду. Не часть, не догадку — а всю чудовищную картину незаконной деятельности мужа. Её реакция молниеносна и бесповоротна: чемоданы, дети, дверь. Она говорит прямо, без слез и истерик: «Я не буду жить с лжецом. Я не стану растить дочь рядом с человеком, который варит наркотики и подвергает нас смертельной опасности». Фразы падают как приговор. Уайт остаётся в пустом доме, где ещё недавно звучали детские голоса и семейные разговоры. Рак побеждён. Деньги заработаны. Империя стоит. Только платить за неё пришлось всем, что он изначально клялся защищать.