Без лица

Допрос Джесси по делу об отравлении Брока — момент, когда всё висит на волоске. Но судьба даёт передышку: мальчик приходит в себя. Врачи устанавливают истинную причину — не рицин, а ядовитые ягоды лилии. С Пинкмана снимают подозрения, и он выходит на свободу с горьким осадком.

Уолтер же заперт в клетке собственных мыслей. Густаво Фринг — неуязвимая цель: всегда с охраной, всегда начеку. Подобраться напрямую невозможно. Но в разговоре с Солом Гудманом всплывает драгоценная деталь: иногда Гас приходит в дом престарелых — не по делам, а ради извращённого удовольствия. Он садится напротив парализованного Гектора Саламанки и рассказывает ему о гибели картеля, смакуя многолетнюю месть за убитого друга.

Уолт наносит визит Гектору. Он предлагает старику сделку, и это не сделка о спасении, а контракт на взаимное уничтожение. План таков: Саламанка изобразит готовность сдать Фринга УБН. Хэнк, узнав об этом, немедленно свяжется с Гасом. Фринг не потерпит предательства и явится лично — проверить, не предал ли его старый враг. В этот момент Гектор нажмёт на спрятанный под одеялом детонатор. Кресло превратится в бомбу. Они уйдут вдвоём. Для Саламанки это не жертва, а освобождение. Месть стоит жизни. Он соглашается.

Всё идёт как по нотам. Гас заходит в комнату. Гектор в исступлении жмёт на колокольчик — снова и снова, и этот звон становится последним звуком в их жизнях. Взрыв разносит помещение. Фринг выходит в коридор, держась за стены, с лицом, разорванным надвое, и рушится замертво через несколько шагов.

Джесси и Уолт спускаются в лабораторию в последний раз — не варить, а хоронить. Оборудование зачищено, отпечатки стёрты, всё предано огню. Империя Гаса обращается в пепел. Выходя из огня, Пинкман и Уайт делают первый вдох свободы.